1 1 1 1 1 (2 голосов)

«Пока ты жив, не умирай»
(Пушкина М.А., «Там высоко»)

Всё началось с того момента, как я умер. Обычно, большинство историй характером близких к моей именно так завершаются. Но смерть не объявила мне конечную.

Умер я, как и полагается романтику, в возрасте не старше того, в коем Александр Сергеевич Пушкин покидал наш мир и не младше того, в котором Сергей Александрович Есенин путешествовал по Европе. То есть, в самом соку.

Взгляды мои были сформированы предельно точно, метания от одного занятия к другому прекратились уже давно, я даже перестал переубеждать людей, когда ясно видел, что их рассуждения ложны. Вопрос, мучавший по ночам тех представителей одного со мною поколения, которые могли не просто видеть, но еще и замечать, не просто думать, а задумываться, вопрос этот, вынесенный в прозу Чернышевским, а именно – «Что делать?», перестал меня посещать.

Я поставил перед собой задачу получения самообразования, разумно решив, что для изменения мира, нужно чему-то да научиться. Нет смысла описывать программу, которую мы создали с единомышленниками, ведь умер я, когда мы только начали претворять ее в жизнь. Благо, я всегда знал, что такие как я живут недолго, поэтому мои друзья не унывали ни секунды и продолжили наше дело.

Очнулся я на облаке. Не знаю, упал я на него или просто появился сразу из ниоткуда, но, когда я поднялся и сел, на меня смотрели четверо старичков. Двое были в костюмах – в фраках и шляпах. Один в тельняшке и черных брюках, последний, явно самый «молодой» - в джинсах и простой белой футболке. Первые два глядели равнодушно, видимо, просто обернулись на звуки у них за спиной. Тот, что в тельняшке смотрел ехидно, похоже на лешего из старых фильмов-сказок. Последний читал толстую книгу и глядя на меня, держал палец на строке; в его глазах было что-то вроде сочувствия и понимания. Просидев так с минуту, я, осознав до конца, что все-таки со мной свершилось то, что свершилось, решил нарушить молчание:

– Надо здесь сидеть все время?

Два «джентльмена» сразу же отвернулись, показав, что они считают меня типичным представителем современной молодежи, то есть – хамом и разгильдяем. Не являясь таким, я поспешил было обидеться, но вспомнив, что передо мной не просто люди, значительно старше меня, а представители иной эпохи, тут же приложил руку к груди, спеша раскаяться в своем невежестве, но этому не суждено было сбыться, так как, я вдруг обнаружил, что не чувствую биения сердца. Я потерял дар речи и в ужасе уставился на старика с книгой. Он по-прежнему смотрел на меня, не убирая палец со страницы, но увидев выражения моего лица, захлопнул книгу и вздохнул.

– Эх, юноша, давно у нас новичков не бывало. По какому случаю?

– Образ жизни, – не стал скрывать я.

– «В жизни все надо попробовать», – кивнул старик и посмотрел вниз. – Чего ж вам здоровья-то не жалко…

– Вы не поняли. Я ничего не употреблял, – мое лицо расплылось в улыбке. – Я не отдыхал, и мой организм не выдержал.

– Чем же вы занимались? – тут я увидел, что старик, напоминающий лешего, отвернувшийся было вместе с «джентльменами», проявил интерес к начавшейся беседе и вновь уставился на меня, на этот раз ещё более пристальней, и выражение его лица с ехидного сменилось на то, которое обычно делают, неумело пытаясь скрыть насмешку.

– Я занимался разным, узнавал и практиковал всё, чем в дальнейшем смог бы помочь людям, учил тому, что умел сам. А вместе мы, – я понял, что говорю несвязно, но не успел поправиться, меня перебил «леший».

– Вместе мы пытались изменить мир самыми радикальными способами, – хихикнул он, закончив мою фразу.

– Ну, да – подтвердил я. – Как-то так.

Один из «джентльменов» хмыкнул, я глянул на них и успел заметить, как второй болезненно закатил глаза.

– Ну, что ж, юноша, – развел руками «молодой». – Гуляйте, покуда силы есть, но совет – ночуйте все-таки здесь, вы теперь закреплены за этим облаком.

– А куда можно? – растерянно спросил я.

– Да хоть куда, только, если там будете, – он указал глазами вниз, – захватите мне в библиотеке что-нибудь из истории.

Я согнулся пополам и увидел город, оказывается сидели мы не так уж высоко.

– А люди меня видеть не будут?

– Мы же вас видим, и вы нас, а чем люди хуже?

– Так, а как же, – моя растерянность перерастала в полнейшее недоумение, – почему же вы здесь?

– А где ж нам еще быть? – Он окинул взглядом своих соседей. – Внизу таким не особо рады.

– Да какая разница? – испуг, водоворот мыслей и неловкость отошли на задний план, я вновь почувствовал свою былую уверенность и твердость. – Ведь можно еще столько всего сделать! Вот что, если в меня выстрелят?

– Да ничего, – глаза «молодого» потухли. – Опять здесь очнетесь.

– Нет уж, вы меня нескоро увидите, – я встал на край облака и услышал, как «леший» мерзко захихикал.

– Бросьте, – проговорил один из «джентльменов». – Над молодежью смеяться… Все такие были.

– «Были» – сквозь зубы проговорил я, решив не терять время на разговоры со стариками и не менять твердое убеждение в том, что спор не рождает ничего, кроме ссор. – Были, да сдались, – и я прыгнул.

 

***

В жаркий день лета по городской улице с двумя полными пакетами в каждой руке шла, точнее, пыталась идти молодая девушка. Медленно ступая, она беспрерывно ловила на себе взгляды представителей противоположного пола, некоторые, идя в компании выражали свое восхищение очаровательной незнакомкой вслух. Сначала она даже улыбалась и кивала в ответ, однако, вес пакетов с каждым шагом словно увеличивался, и девушка, сменив приветливость на безразличие, безразличие на усталость, начала чувствовать, что усталость скоро вытиснится злостью. Но этого не случилось, так как, ей суждено было испытать испуг и даже ужас, а еще удивление тем, что пакеты потеряли свой вес.

На асфальт свалился человек. Он прилетел откуда-то сверху и упал прямо у ног девушки.

– Таким только бы молодых ругать, – бурча под нос, человек поднялся и увидел ее.

А она, уже на него наглядевшись, принялась собираться разлетевшиеся продукты. Злость, обойдя все вспыхнувшие эмоции и чувства, наконец смогла дойти до своей цели и выразилась в той резкости, с которой девушка забрасывала купленное обратно в пакеты.

– Простите, пожалуйста, – парень приложил руку к сердцу, но тотчас отдернул ее и встряхнул. – Давайте я вам помогу.

– Нет, спасибо.

Упавший вздохнул и молча, не став вновь просить разрешения, стал собирать фрукты, остальное девушка уже сложила сама.

Они поднялись синхронно, она пошатнулась и едва не уронила продукты вновь, намереваясь последовать на асфальт за перевешивающими ее пакетами. Молодой человек среагировал молниеносно. Он подхватил падающую девушку, поставил ее в нормальное положение и, забрав все пакеты, был готов идти куда угодно, только бы рядом была она.

– Что ж, – девушка улыбнулась, в ее глазах блеснул интерес, злость утихла. – Мне идти далеко.

– Люблю прогулки.

Они двинулись, шагая гораздо быстрее, чем до этого девушка пыталась самостоятельно.

– Какой-то праздник? – молодой человек кивнул на пакеты.

– Да, – она улыбнулась еще шире. – У меня сегодня день рождения.

– Ого, – он приподнял брови. – У меня нет близких друзей среди девушек, поэтому навряд ли смогу поздравить красиво, но все же.

Собеседник говорил очень просто, не подбирая нужных слов, однако что-то в его способе выражать собственные мысли зацепило девушку.

Сегодня я летел от стариков
Они минут за десять надоели,
Но не было тут рядом маяков,
И ее пакеты наземь полетели!
Едва ее заметя, он слов сказать не мог
Она прекрасна, словно ветер!
Тададада, тадада, дог!

Она засмеялась, потом посмотрела на него и увидела столь искреннее и нескрываемое восхищение, что не сдержалась и залилась вновь, но на этот раз смех ее был счастливый и радостный, он вырвался раньше слов, даже раньше мыслей, которые обозначил.

С молодым человеком произошло ровно то же. Он не успел осмыслить произошедшие с ним перемены, все вдруг стало очень простым, настолько простым, что не нужно было даже думать.

– Я бы мог дать тебе руку, но, – он покачал пакетами.

И она вновь засмеялась. Так и продолжалось пока они шли по самой длинной улице. Она смеялась, он смотрел на нее, она затихала, он начинал говорить, она опять заливалась.

 

***

Что говорить в свое оправдание? Я, человек, который всегда был убежден и убеждал других, что мужчина не может полюбить с первого взгляда, что девушка может ему лишь нравиться, а полюбит он всей душой через какое-то, пусть небольшое, но время, такой человек может опровергнуть свой собственный опыт и убеждения, приведенные выше, из него вытекающие, опровергнуть, влюбившись в красивую незнакомку? Конечно же, нет.

Но она мне понравилась, очень. Да, эта девушка определенно вскружила мне голову. С каждым шагом, с каждым ее словом, я понимал, что она нравится мне все больше. Мало того, я даже узнавал в ней себя, в ту пору, когда я начинал искать свой путь. С ней было очень легко, я не думал о том, складно ли отвечаю, правильно ли строю свой вопрос и какие вообще темы стоит поднимать, беседуя с девушкой.

Дойдя до ее дома, мы остановились, и я, наконец вспомнив хоть какие меры приличия, поспешил раскланяться и удалиться, но она удивилась и даже слегка обиделась, после чего я обязан был посетить день ее рождения, который она сама праздновать и не собиралась, но старшая сестра, решив сделать сюрприз имениннице, тайно пригласила всех ее подруг. Именно поэтому девушке пришлось второпях идти в магазин за всеми продуктами.

Что ж читатель дальше все будет не столь радужно, но такова жизнь, то есть, простите, такова смерть.

 

***

– Тише, тише! – она крикнула и забралась на табурет.

Все присутствующие, а именно более десяти девушек-студенток курса примерно второго (направления, скорее, гуманитарного, правда некоторые гостьи были вылитыми докторами, так что медики тоже могли затесаться в эту компанию, а может быть просто выбрали не ту отрасль обучения, ведь не всегда же смотря на себя в зеркало каждый день можно понять то, что поймёт любой, видя тебя впервые), а также родители именинницы замолкли и посмотрели на нее, тут же переведя взгляд на незнакомого никому молодого человека, переминавшегося с ноги на ногу у табурета.

– Я его нашла! – крикнула девушка и рассмеялась.

Тишина дала понять, что никому ничего не стало ясно от такого объяснения.

– Мы только познакомились! – Она посмотрела на молодого человека, он слегка улыбнулся. – И у нас…

Как возможно было девушке рассказать, что вот этот парень просто помог ей собрать фрукты в пакет, сумел поддержать, развеселить, когда она пребывала в легком ступоре от сюрприза сёстры. Он сделал все это, и что? Мог бы пойти дальше, и она бы пошла. Но они пошли вместе, все решилось как-то само, как-то чересчур просто. И от этой простоты девушка была ещё счастливей и радостней, даже непонимание подруг не смутило её.

– Все хорошо! Начинаем! – и она с ребяческим воплем перепрыгнула с табурета на диван, где сидели все гостьи.

Это всех раскрепостило, вновь поднялся шум, отец виновницы торжества открыл шампанское, мать принялась раскладывать то, что купила дочь. Молодой человек тихонько пристроился с краю большого стола.

– А как его зовут?

– Что ты говоришь…

– Ты с ним такая счастливая!

– А как же тот твой?

– Молодец ты!

– Семья у него какая?

– И про работу не спросила?!

– Красивый, красивый, одобряю!

– Прям все вот так сразу?

– Вот что значит, тебя одну в магазин отпускать...

– Как познакомились-то, расскажи нормально!

– Постойте! – прервала всех старшая сестра именинницы. – А давайте послушаем нашего нового гостя.

– Ну, – молодой человек смущенно улыбнулся и поднялся. – Что говорить о красоте, той, ради которой мы все здесь собрались? Что говорить об ее уме? Вы все прекрасно знаете лучше меня, что нигде нельзя найти такое слияние природной нежности с разумом, коим может похвастаться не каждый ученый, – все слушали его, ловя каждое слово. – Я мог бы сказать о чувствах, которые мы все с вами к ней испытываем, какие она смогла пробудить во мне, но кое-что может сказать без меня.

Немного наигранным жестом молодой человек пригласил девушку к себе, встал с ней почти вплотную, взял ее руку и приложил к своей груди.

– Ощути стук моего сердца, – прошептал он, но тут же его лицо изменилось до неузнаваемости, он было отшатнулся от той, к которой обращался только что с лаской, никогда не бывшей ему свойственной, но ее рука словно удержала его, и лишь ужас застыл в его глазах.

– Я ничего не чувствую, – проговорила она. – Сердце не бьется…

– Фокусник, – хихикнула одна из студенток.

– Как же так-то? – подняла голову мать девушки, в лице ее читался испуг.

Девушка отпустила руку и посмотрела на него, он молча отступил на шаг.

– Скажите, а каково вам, без сердца?

– Вы давно так? Это ведь дорого?

– Не лезь! Я читала, что у одной рыбы пять сердец, и это от природы, почему же человек не может быть без сердца?

– Без сердца! Как же вы чувствуете?!

– Жизнь без чувств! Ужас!

Она молчала, в ее глазах читался простой вопрос: «Как?». Но парень не мог, не хотел давать ответа и сделал еще один шаг назад.

– Постойте! – на диван вскочила студентка, до этого она что-то искала в телефоне, и теперь размахивала им, словно крестом при виде нечистой силы. – Он же умер вчера! Я видела, вот пост нашла! Лидер общественного движения! Скончался у себя дома, все близкие говорят, что он много работал и все произошло из-за неимоверных нагрузок!

Как-то замедленно, словно актёры в театре, девушки синхронно отклонились от голосившей подруги, а затем также синхронно повернулись к парню.

– Ой! А как там?

– Бог строгий, да?

– Нашла что спросить!

– Вы там все без сердца?

Одна из студенток подобралась к имениннице и принялась громко шептать:

– Да зачем он тебе! Дети ведь тоже без сердца будут! Это ж на генном уровне передается!

И тут же еще одна завопила:

– Бессердечный! Так он ведь из ада!

Все стихли.

– А что? – студентка оглядела всех присутствующих. – Думаете хороших людей без сердца оставят? Что у него за движение? Разве можно умереть от недостатка энергии?

– Терроризм!

– Убийца! – раздался вопль, и девушки поднялись с явным намерением что-то сделать с молодым человеком, и это что-то не сулило ему ничего хорошего.

Парень тоже поднялся, но уже не было того застенчивого юноши, воспылавшего любовью в столь короткие сроки, был именно тот, кто умер день назад. Строгий и жёсткий лидер, тот, про кого говорилось в посте из социальной сети. Молодой человек стоял, его насмешливая улыбка была ответом девушкам, которые враз взмолкли и словно штурмом решились брать какую-то крепость, до того суровы были их лица. Он мог просто смять их, растолкать, да просто кинуть обратно на диван. Но его взгляд упал на неё. Она стояла уже в стороне ото всех и глядела мимо него, куда-то, словно видела через стену. Он сглотнул, улыбка ушла, и завертевшиеся мысли были выброшены сразу. А воинственные студентки приближались. Это были обычные девушки, они даже сами до конца не верили, что все это происходит с ними в действительности, что это все не игра или ещё один сюрприз сёстры именинницы.

Молодой человек осознал, что, распихав студенток, пусть даже в случае самообороны и после того, как они нанесут первые удары, чтоб все было по закону, он не вернет расположения девушки, которого он так просто добился и также легко потерял. И он не захотел портить праздник окончательно, решив не капитулировать, а просто молча скрыться с поля несостоявшегося боя.

Уже убегая, он успел заметить, как отец именинницы сочувствующе пожал плечами, а еще увидал девушку, которая не поднялась, она сидела у противоположного края стола и смотрела в окно, словно все происходящее в комнате ее нисколько не удивляло.

 

***

Я сидел на скамейке, не став даже уходить из двора девушки. Ее подруги решили ограничиться угрожающими выкриками, в которых содержались обещания вызвать полицию, дать мне шанс испытать на себе всю силу удара строгой и независимой женщины, а также сжечь мое бессердечное и бездушное тело; кричали они все это, стоя на пороге двери, из которой я вылетел как спринтер на финише.

Мысли пытались проникнуть в мою голову, но я обшил свой мозг прочной броней усталого равнодушия и сидел, даже не размышляя о том, зачем я здесь сижу. Громкий скрежет и хлопок вернули меня к жизни, то есть, простите, к смерти. Из того самого подъезда вышла та самая девушка, глядевшая в окно. Она мало чем могла выделиться, волосы ее были русыми, лицо, не сказать, чтобы красивое, но и не вызывающее отторжения. Темные джинсы, серая футболка с котом, развевающаяся на ней, как парус, ободранные кроссовки, явно неженские, возможно, доставшиеся от брата. Из чего я сделал вывод о не особо хорошем финансовом положении семьи студентки. Она шла, смотря себе под ноги, говоря по телефону. Тот факт, что я иду за ней в неизвестном мне направлении, я обнаружил нескоро, поскольку, постепенно прибавляя шагу услышал то, о чем говорила студентка, а услышав, стал ловить каждое слово.

– Я пытаюсь! Господи, да я всю жизнь пытаюсь! Понимаешь? Я не могу так больше! Если бы хоть кто-нибудь не просто поддерживал через интернет ободряющими сообщениями, а реально помогал! Ты же помнишь, все ты помнишь! Сначала одно дело, потом другое. И вроде все получалось, а потом – бах! И все! Люди уезжали, уходили, им было надо! И все дела оставались на мне, как в начале; все вращалось по кругу, завершаясь распадом, расколом, друзья были сильны на словах. Ты? Что можно сделать вдвоем? Статью написать, снять ролик социальный? Я и одна это могу, извини. От этого ничего не изменится. Что? А ничего. Вот к ним парень какой-то зашел, так вот у него с сердцем что-то, и нет бы просто промолчать, а они так на него набросились! Полгода сидела с чаем и сериалами, мне хорошо. Что? Да! Да, сдалась. Доволен?! – она хотела бросить телефон, но уже замахнувшись передумала, выдохнула и убрала в карман.

Мы стояли у пятиэтажного бывшего общежития, а теперь – жилого дома. Она выдохнула еще раз и зашла в подъезд. Я покрался следом. Девушка свернула прошла по коридору и скрылась в самой последней двери этажа. Я добежал до конца. Я знал, что нужно делать. Сколько таких людей я встречал при жизни, да практически все мои друзья были такими, когда у нас только начиналось общение. Отмахнувшись от того обстоятельства, что девушка могла меня испугаться из-за того, что я преследовал ее столько долгое время, я постучал в дверь, и она открылась тут же. На меня смотрели уставшие, печальные глаза, в которых не были ни капли испуга.

– Что вам? – она вздохнула.

– Проспект Победы 16, второй подъезд, седьмой этаж, направо, квартира 19, – скороговоркой произнес я, стараясь сохранить твердость голоса и четкость речи. – Найдешь тех, кто тебе поможет. Или ты поможешь им, – и я вылетел из подъезда еще быстрей, чем в предыдущий раз.

 

***

– Что-то вы быстро молодой человек, – улыбнулся «молодой», но опять-таки без тени насмешки.

Я махнул рукой.

– Еще раз прыгнет, – уверенно заявил «леший», правда теперь не хихикая.

Я покачал головой. «Молодой» заметно удивился и отложил книгу.

– Вы простите, я про библиотеку забыл.

– Да ничего, знаете! А ведь даже я прыгал три раза, – он подсел ко мне поближе.

– Да просто, – я еще тяжело дышал после быстрого бега и не менее стремительного полета, – я ведь понял: друзья и без меня справятся, лидеры должны сменяться. А остальное, – я опять махнул рукой и прикрыл глаза.

«Леший» одобрительно хмыкнул. Джентльмены опять не проявили ко мне ни малейшего внимания.

– Они вообще не прыгали, – шепотом пояснил «молодой». – Сразу здесь остались. Завидуют, видать.

Я изобразил подобие улыбки, и прилег. «Молодой» уткнулся в книгу. Проспав несколько часов, я сел, и не обращаясь ни к кому сказал:

– Еще я понял.

Кажется, тут на меня посмотрели все четверо, не знаю точно, сам я глядел куда-то вдаль, в бесконечно синь.

– Смерть-то, в принципе – пустяк сама по себе...

– Умнеет молодежь, – проговорил «молодой».

– Только слишком поздно, – проворчал «леший».

Вот такая история, дорогие читатели. Вы скажете, что такого быть не может. Ладно, четыре старика и молодой парень, но все остальные! Прям все остались жить на облаках? Не верим! Быть того не может! Да и приметили бы хоть одного небесного жителя за все время существования человечества!

Эх, дорогие мои, хотите верьте, хотите нет. Мне, в принципе, это все равно. Чувств-то у меня нет. Я ведь бессердечный.

Комментарии  

topolenok
0 #3 topolenok 09 октября 2017
Эх, Гера...
Гера
0 #2 Гера 06 октября 2017
К месту, к месту)
ПАПЧ
0 #1 ПАПЧ 06 октября 2017
Интересно. Не уверен, что к месту, но пока читал пришло в голову от Л. Толстого: "...«Да, он прав, тысячу раз прав этот дуб, — думал князь Андрей. — Пускай другие, молодые, вновь поддаются на этот обман, а мы знаем: наша жизнь кончена!» Целый ряд мыслей, безнадежных, но грустно-приятны х, в связи с этим дубом возник в душе князя Андрея. Во время этого путешествия он как будто вновь обдумал всю свою жизнь и пришел к тому же успокоительному и безнадежному заключению, что ему начинать ничего было не надо, что он должен доживать свою жизнь, не делая зла, не тревожась и ничего не желая...
Уже было начало июня, когда князь Андрей, возвращаясь домой, въехал опять в ту березовую рощу, в которой этот старый, корявый дуб так странно и памятно поразил его. «Здесь, в этом лесу, был этот дуб, с которым мы были согласны. Да где он?» — подумал князь Андрей, глядя на левую сторону дороги. Сам того не зная, он любовался тем дубом, которого искал, но теперь не узнавал его.
Старый дуб, весь преображенный, раскинувшись шатром сочной, темной зелени, млел, чуть колыхаясь в лучах вечернего солнца. Ни корявых пальцев, ни болячек, ни старого горя и недоверия — ничего не было видно. Сквозь столетнюю жесткую кору пробивались без сучков сочные, молодые листья, так что верить нельзя было, что это старик произвел их. «Да это тот самый дуб», — подумал князь Андрей, и на него вдруг нашло беспричинное весеннее чувство радости и обновления. (...)
«Нет, жизнь не кончена в тридцать один год, — вдруг окончательно и бесповоротно решил князь Андрей. — Мало того, что я знаю все то, что есть во мне, надо, чтобы и все знали это: и Пьер, и эта девочка, которая хотела улететь в небо. Надо, чтобы не для одного меня шла моя жизнь, чтобы на всех она отражалась и чтобы все они жили со мной вместе». )))

У Вас недостаточно прав для комментирования. Зарегистрируйтесь или авторизуйтесь.

 

Комментарии