papchenko

Сегодня разбираем рассказ Дианки «2-15-4». Автору на момент написания рассказа было 17 лет.

Для того, чтобы понимать о чем пойдет речь, прочтем произведение:

 

«2-15-4»

Осень, прогнав ЛЕТО, гуляла по земле яркою цыганкой. Шуршала ворохом цветных юбок, водила, плечами деревьев, стряхивая золотое монисто листьев, и, полыхнув кленовым пламенем, задымила трубками костров, затянув грустную песню об уходящем времени и красоте…

Черно-белой пленкой, инородным телом втянулась на перрон подошедшая с лязгом и сиреной электричка. Красота испуганно вспорхнула и отлетела в сторону. Кружила недалеко птицей и, кажется, помахала мне крылом. Подняв руку в ответ, я заскочила в вагон и нашела место у окна, возле мальчишки, лет десяти, в инвалидной коляске. Он что-то увлеченно набирал на мобильном телефоне, высунув от усердия кончик языка. Рядом с ним, прислонившись к спинке сидения, забылась во сне молодая женщина - мать мальчика. Бледное лицо, синие тени под глазами говорили о том, что она измотана бессонницей и болезнью сына.
— Играешь? - спросил я его очень тихо, чтобы не разбудить мать.
— Нет… - покачал головой мальчуган. - Смс-ки пишу.
— Друзьям? - поинтересовался вежливо, думая о чем-то своем. Мальчишка посмотрел на меня, как на слабоумного.
— Богу.

Пауза. Чуть не вырвалось ехидно: "Что и отчеты о доставке получаешь?" Но поднявшийся ком в груди не дал это сделать. Запершило в горле, стали хуже видеть глаза. За окном мелькали нанизанные на полотно железной дороги станции: "Опалиха", "Малиновка"... В груди немного отпустило, стало возвращаться зрение.

Будто отвечая на мой незаданный вопрос, мальчишка вскинул длинные ресницы и голосом, каким говорят про шпионов, прошептал:
— Я ответы получаю!
— О чем же ты ему пишешь? - осведомился с грустью, понимая, что писать он может об одном: ему хочется ходить и играть, как другие ребятишки.
— Хочу помочь той тете с пивом, - малыш показал глазами в сторону молодой женщины и загнул на худенькой руке один палец.
— У нее очень болит голова. И правда, "тетя" периодически подносила холодную банку ко лбу, не забывая отхлебнуть из нее.
— Вон той бабушке, - продолжил мой собеседник и загнул еще один палец. Пожилая женщина сидела неподалеку и постоянно набирала чей-то номер на телефоне, не могла дозвониться, тяжело вздыхала, вытирала платочком лоб и глотала валидол.
— И этому дяде, - мальчишка взглянул на входящего в вагон юношу, загнул третий палец и быстро застрочил что-то на телефоне.

Молодой парень был одет в широкую футболку и безрукавку. У него не было обеих рук, а на груди висела табличка "Помогите на протезы". Сердобольный народ потянулся за кошельками. Юноша со скорбным видом продвигался по вагону. Бабушка дозвонилась куда хотела. Из ее бесконечных повторений "Слава Богу" стало понятно, что все хорошо. Радостная, она протягивала девушке с банкой пива таблетку анальгина. Та благодарила, говорила о том, что задержалась на дне рождения у подруги, дома у нее ребенок с мамой, которые очень любят ее и ждут...

В вагоне стало уютно и хорошо, как будто с улицы заглянула красота, робко присела на край лавки, взяла кисти художника и расписала все на свой лад. Мальчишка посмотрел на меня выразительно и добавил:

— А еще я знаю, что поезд идет до Нового Иерусалима.
Зашуршал динамик и электронный голос подтвердил его правоту. ("Новоиерусалимская" - станция рижской железной дороги - прим. ).
Мальчуган звонко и весело, как положено детям, рассмеялся. Улыбнулася и я, только немного грустно. Поезд мчался дальше, а маленький спаситель грешного мира строчил смс-ки. Мне удалось подсмотреть номер его адресата: 2-15-4.

Достав из кармана мобильный, я набрала сообщение, стараясь в короткий текст вместить все, что желаю мальчишке. В графе "кому" проставила заветный номер. Нажал на зеленую кнопку и закрыла глаза. Но ничего не произошло. Телефон лежал на ладони застывшим, неживым зверьком. Странно если бы было иначе. 
Следующей была моя станция. На прощание потрепал малыша по волосам и вышла. Электричка скрылась за холмом.
Подхватив спортивную сумку, я зашагала в сторону дома.

Интересно, где живут времена года, когда покидают Землю? Может они возвращаются на палитру Мастера? Цветы парят подобно птицам, наливаются ягодами снежинки, а желтые листья летят журавлями, разрезая клином другое небо. Опуская кисти в палитру, Художник пишет дорожку, по которой мальчишка пойдет своими ногами к воротам волшебного города... Картина мира искажена до предела, покрыта пылью греховных страстей и желаний. А нужно лишь достать смятый платок совести и провести по холсту. Откроется небо в первозданной чистоте и крест, заваленный всяким хламом.
В кармане уже давно вибрировал телефон, отвлекая от размышлений. Я с досадой выхватил его из кармана. Оживший экран светился одним словом: "доставлено"…


Что мне понравилось в представленном произведении? Повествование имеет четкую структуру, у произведения есть четкая концовка и начало. Особенно мне понравилась попытка поставить неожиданную финальную точку в рассказе, с этим вот "доставлено".
И вообще, сложилось впечатление, что автор знал о чем хочет писать, и вот взял и написал. Из рассказа понятна авторская гуманистическая позиция, это мне тоже понравилось.  Еще интересно то, что автор пишет от лица юноши. Потому, что это, как мне кажется, сложнее для автора девушки...

Теперь обратимся к недочетам. Бросается в глаза, что автор торопится, спешит. Иначе, чем объяснить проскальзывающую в тексте путаницу с женским мужским родом. Например: "На прощание потрепал малыша по волосам и вышла."
Но не это самое уязвимое место рассказа. А вот что:
"Осень, прогнав ЛЕТО, гуляла по земле яркою цыганкой. Шуршала ворохом цветных юбок, водила, плечами деревьев, стряхивая золотое монисто листьев, и, полыхнув кленовым пламенем, задымила трубками костров, затянув грустную песню об уходящем времени и красоте… "

И этот первый абзац рассказа про цыганку-осень и другие подобные авторские отступления тяжелы и вычурны. В них, слова соединяются в очень громоздкие конструкции.

Кстати, слово "лето" набрано заглавными буквами. Выделяя заглавными или курсивом или жирным слово, мы как бы обращаем внимание читателя на него - это слово значит больше, чем тебе показалось на первый взгляд. Читатель смотрит и не находит большего. Зачем в таком случае мы используем этот прием? Ведь читатель что может подумать? Что автор уподобляется человеку, который прогуливаясь по городу всякий раз видя ничем не примечательное окно, произносит:
- Это окно!
Или светофор:
- А это светофор!
Или обычный дом:
- Смотрите, а это дом.

Еще - рассказ написан от лица юноши, но как рафинирован наш юноша, как он утончен, сколько избыточного, не обусловленного движением сюжета, внимания к абстрактной красоте и природе. Как он замечает длинные ресницы у мальчика.  Автор в этом, словно девушка. :)

Далее:
"Черно-белой пленкой... (почему? электричка похожа на пленку? Допустим, но...) ...инородным телом втянулась на перрон... (на полустанок, станцию и тд)...". Ведь перрон сбоку от рельсов. Поезд на него не может втянуться.
"Телефон лежал на ладони застывшим, неживым зверьком. Странно если бы было иначе. " - Иначе? Конечно, пожалуй странно, если бы на ладони лежал живой зверек.
"Будто отвечая на мой незаданный вопрос, мальчишка вскинул длинные ресницы и голосом, каким говорят про шпионов, (, а каким говорят? Тогда уж может заговорщецки...) прошептал"
"...забылась во сне молодая женщина" - может просто дремала?
И тд, тд.

"Взмах у меня оказался слабый, бутылка упала в пяти шагах. Я заплакал от досады и беспомощности.
А Хозяин вдруг остановился. И его дураки тоже.
Хозяин заругался. Он испугался чего-то. И я увидел чего! Между нами стремительно вырастали и разворачивали острые листья несколько топольков. Они поднялись двухметровые, тонкие, трепещущие под луной.
Я не удивился. Слишком я был измучен. В моих скачущих, раздерганных мыслях вставшие топольки как-то увязались с упавшими на землю каплями крови. И я опять махнул рукой."

Это фрагмент напряженнейшей кульминации повести В. Крапивина "Тополиная рубашка". Обратите внимание какими простыми словами и короткими предложениями это написано. Сколь скуп автор в описании эмоций героя. Не написал Крапивин хоть и мог:
"Я почувствовал как у меня внутри все заледенело и в ушах раздался звон. Я решительно взял себя в руки. Ну и что, что сочится кровь. Я все равно это сделаю..."

Чем драматичнее повествование, тем осторожнее и точнее должны мы быть со словами. Здесь уж лучше недоговорить, чем переговорить.  Горе лаконично. И потом, рассказ в повести Крапивина "Тополиная рубашка" ведется, как и у нашего автора, от лица мальчишки. Но у ВПК я верю, что рассказчик мальчик а не девочка. Как то он, крапивинский мальчик, немногословен, что-ли и если и впечатлителен, то соразмерно ситуации...

Чтобы я сказал в завершение - этот текст гораздо крепче того текста этого же автора, что я анализировал прежде. Несомненно это большой шаг вперед. И поэтому автор большая молодчина! Но только посоветовал бы автору побольше читать хороших книжек. И наблюдать, как именно, какими словами-сравнениями и тд. пусть тот же писатель Крапивин описывает драматические и не очень коллизии...

рецензент Александр Папченко

Комментарии  

Ігор Дах
+1 #1 Ігор Дах 31 Мая 2013
Рассказ написан яркими красками. Это хорошо.А нащет неточностей-нуж ен редактор.Взросл ые и опытные писатили иногда так записываются- просто жуть...

У Вас недостаточно прав для комментирования. Зарегистрируйтесь или авторизуйтесь.